Оказалось, что отъезд мой с юга Сахалина был очень своевременный – 23 марта я покинул пост Тихменевский1 и здесь должен был проститься с айнами, прекратив уже непосредственные с ними сношения. – По всему восточному берегу Сахалина до Тарайки2 свирепствовала инфлюэнца3, я ехал по заражённым сёлам и сам подвергся в более лёгкой впрочем форме этой неприятной болезни. Она задержала меня на несколько дней лишних, и я не попал своевременно на север о[стро]ва: зимняя дорога лиманом уже прекратилась. По последнему зимнему пути на оленях переехал я до одного из южных для среднего Сахалина селений Онора4 и вплоть до отъезда с Сахалина (11 июня) я прожил только в русских селениях (Оноре, Рыковске5 и Александровском7). Наступила распутица и я не мог даже посетить гиляцкие стойбища. Приблизительно с 15 мая стали меня посещать гиляки, которых очень мало осталось вообще около главных центров русской колонии, и в этом тяжёлом и тревожном году они поуходили ещё дальше. –
Известия с юга были самые неутешительные: беспокойство за безопасность росло со дня на день. Подвоза провианта, ожидавшегося весною, при более благоприятном течении войны, не было, а цены на всё росли не по дням, а по часам. После Цусимской битвы8 было предложено жителям уходить, если кто хочет, на север острова; выбрав средства передвижения, какие кто может и желает, т[о]-е[сть], или пешком, или на лодках. Надежда на приход какого-либо судна была потеряна. –
На небольшом катере, рейсирующем между п[остом] Александровским на Сахалине и Николаевским, я благополучно перебрался 12 июня на материк. – Имея данные о том, что и здесь проживают некоторые айны, я остановился сначала в Николаевске, затем в Мариинске, чтобы повидаться с ними, и вообще у местных инородцев почерпнуть сведения как об айнах, живущих сейчас (всего их оказалось в живых 5 чел[овек]), так и о потомках прежде живших айнов – рабов. Кое-что удалось мне записать, но постоянное тревожное положение и ожидание появления японцев и на материке9 не позволяло мне засиживаться, надо было подвигаться дальше, не использовав всего в той мере, как бы мне хотелось. Из айнов, живущих по Амуру, я виделся лишь с двумя: один молодой парень, недавно переехавший по своему желанию на материк, и, служа на рыбалках, познакомился с гиляками. Уже третий год живёт теперь он в одном из их селений ниже Николаевска – на мысе Вагсе10. Другая айнка старушка – живёт уже 30 лет на Амуре, привезённая одним из ездивших на Сахалин за соболем «сянтан»ов11, т.е. ольчей (или нанi) в качестве жены.
В Хабаровске я вот уже вторую неделю. – Здесь я начал работать в довольно богатой сочинениями о Дальнем Востоке библиотеке при Приамурском Отделе
Географического Общества, имею также возможность продолжать неоконченные определения растений юга Сахалина, надеюсь при помощи ездившего на Сахалин для описания лесов лесничего И.Д.Шредерс12 составить по последним данным этнографическую карту Сахалина. – Разыскиваю одну айнку, которая уехала без ведома своих родных с одним русским крестьянином в Южно-Уссурийский край. Было бы мне очень желательно повидаться с нею и записать интересные с бытовой стороны данные об обстоятельствах её отъезда с Сахалина и брака с русским. – Задерживает меня здесь ещё необходимость ликвидировать свои частные дела; устроиться как-нибудь с небольшим моим имуществом (книги, негативы, бумаги), находящимся сейчас в Николаевске. –
Я был опечален, найдя в Хабаровске письмо Секретаря Комитета Л.Я.Штернберга, извещающего, что не может быть мне прислан обещанный билет на бесплатный переезд в Россию. Вместо дарового проезда с Сахалина до Владивостока на пароходе Восточно-Китайской железн[ой] дороги, я был поставлен в необходимость поехать через весь Сахалин во время страшной дороговизны, платя вдвойне, так как надо было везти всё то, чего бросить не мог (платье, бельё, некоторые книги, бумаги, негативы, кое-что из коллекций). – Переезд из Корсаковска до Хабаровска стоил мне слишком 200 р[ублей]. – Имею ещё очень слабую надежду, что получу разрешение на даровой проезд через Приамурского Генерал-Губернатора. – Пока что решил послать кроме коллекций, которые я направляю в Музей Академии наук, через него же и часть книг своих, и бумаг. Буду посылать их в отдельных посылках с просьбою сохранить до моего приезда. Это облегчит мне переезд, освободив от лишнего багажа и новой платы за него. – Кроме того, боюсь, подвигаясь к западу, случаев нередких там, когда можно по разным причинам растерять половину своих вещей. –
Кончая это краткое изложение  своего настоящего положения, прошу принять моё уверение в истинном моём уважении и преданности. –

14 июля 1905 г. Б.Пилсудский
г.Хабаровск

     СПФА РАН. Ф. 148. Оп. 1. Д. 38. Л. 64-67.

ПРИМЕЧАНИЯ:

 1. Пост Тихменевский – ныне город Поронайск.
 2. Тарайка – название айнского села. С 1947 года – село Устье Поронайского района. С 1965 года не существует и исключено из списка населённых пунктов острова.
 3. Инфлюэнца – старое название гриппа.
 4. Онор – название русского села.
 5. Рыковск – ныне село Кировское Тымовского района.
 6. Дербинск – название русского села.
 7. Александровский – ныне город Александровск-Сахалинский.
 8. Поражение русского флота в Цусимском морском сражении, состоявшемся у острова Цусима в Корейском проливе 14-15/27-28 мая 1905 года, произвело на русское общество  тяжёлое впечатление. Б.О.Пилсудский сообщает о реакции на это событие на Сахалине.
 9. Имеется в виду неудачный для России ход военных событий в период русско-японской войны 1904-1905 годов и угроза высадки японцев на материковой части российского Дальнего Востока.
10. Мыс Вагс (нив. – сиг). Название и перевод уточнил Ч.М.Таксами, за что приношу ему искреннюю благодарность. У К.Иноуэ это название прочитано как мыс Вассы. См.: «Dear Father!»  A Collection of B.Pilsudski’s Letters, et alii. Edited, compiled, translated, annotated and written by Koichi Inoue. [Preprint]. Pilsudskiana de Sapporo. №1. Sapporo, 1999. P.101.
11. Сянтан – японское название ольчей (ульчей).
 

12. Шредерс Иван Донатович – учёный-лесовод второго разряда, прибыл в Хабаровск в 1902 году в качестве помощника лесничего. Во время командировки на Сахалин подружился с Б.Пилсудским.

Подготовка , публикация текста и примечания А.М.Решетова.